Рецензия на фильм "Восстание планеты обезьян"

rise-of-planet-of-apes-review

«Восстание планеты обезьян», на мой взгляд, слишком громко сказано.

По масштабности происходящего фильм можно назвать разве что «Восстанием обезьяньего питомника». Как это часто бывает со спин-оффами, ожидание фильма оказалось лучше самого фильма. Но не все так плохо! Кое-кто даже сравнивает «Восстание планеты обезьян» с «Аватаром». Думается мне, этим сравнением фильм обязан технологии, используемой в обоих фильмах для «очеловечивания» некоторых персонажей.

Но обо всем по порядку.

Появлением высокоразумного примата Цезаря (в исполнении Энди Серкиса, уже выполнявшего аналогичную работу в проектах «Властелин колец» и «Кинг Конг») мир обязан молодому талантливому ученому Уиллу Родману (Джеймс Франко). Работая над созданием лекарства от болезни Альцгеймера, Уилл преследовал благородную цель не только облагодетельствовать человечество, но и вылечить своего больного отца (Джон Литгоу).

Как это всегда бывает в подобных фильмах, эксперимент вышел из-под контроля: подопытная шимпанзе в приступе необъяснимой ярости устроила погром в лаборатории, чем немало испугала кураторов и инвесторов проекта и подписала смертный приговор остальным обезьянкам. Конечно, потом окажется, что у нее были причины на это – маленький новорожденный «ребенок», которого почему-то никто из сотрудников лаборатории вовремя не заметил. Видимо, детёныши шимпанзе рождаются такими маленькими, что их сложно разглядеть в комнате, где из мебели всего пара медицинских столов.

Что делать с находкой? Конечно, забрать домой! Так же все сотрудники генетических лабораторий поступают. Шел по лаборатории, шел, нашел что-то маленькое, сунул в карман и домой. Уилл не стал исключением. Так в его жизни появился Цезарь – не по годам смышленый, разве что молчит. Сделав нехитрые выводы о качестве сыворотки, доктор Родман решается на отчаянный поступок – крадет флакон с лекарством из лаборатории и делает укол своему отцу.

Слава Богам, старику становится лучше. Так начинаются самые спокойные годы этого семейства.

Пока… в один не самый лучший для Родманов день не вернулась болезнь Альцгеймера. С этого момента все пошло наперекосяк: старший Родман в приступе помешательства выходит из дома, садится за руль чужой машины (кстати говоря, не старенького потертого форда, а очень даже приличного авто - такая избирательность, как мне кажется, не может оставить равнодушным ни одного исследователя болезни Альцгеймера), разбивает ее и подвергается нападению хозяина машины, ярость которого легко понять.

Наблюдавший за этим Цезарь не мог остаться равнодушным. В итоге мы имеем жестоко избитого автовладельца, насмерть перепуганных прохожих и предписание: «Шимпанзе опасен для окружающих и должен быть помещен в питомник».

С этого места начинается грустная история про нехороших людей, дурно обращающихся с братьями-приматами. Ох, что бы сказал Дарвин на это! Издеваться над Цезарем доверено смотрителю питомника Доджу (в исполнении Тома Фелтона).  Фелтону не привыкать изображать гадёнышей (многие помнят его по роли Драко Малфоя в Поттериане), а Сёркису уже во второй раз приходится играть обезьяну, которую «жа-а-а-алко», поэтому сцены унижений и издевательств над умницей Цезарем не тронут разве что каменное сердце.

Проведенное в унизительной неволе время не прошло даром – Цезарь стал настоящим авторитетом среди заключенных приматов. И вот тогда началось восстание обезьян! Ну, так что, кто-то все еще настаивает на «Восстании планеты…» или уже согласен с «Восстанием питомника…»?

Конечно, без крови тут не обошлось. И без батальных сцен тоже. И даже падающую «вертушку» нам покажут! А еще… Цезарь заговорит!!!

Интересно, не правда ли?